Почему на Кавказе растёт неприятие России

22 октября 2012

Почему на Кавказе растёт неприятие России

События, происходящие в последние месяцы на Северном Кавказе, точнее в Дагестане, иначе, как тревожными не назовешь. 28 августа произошел громкий теракт, в ходе которого террористкой-смертницей был убит один из виднейших духовных лидеров Дагестана Саид афанди Чиркейский. И его смерть резко качнула чашу весов стабильности в регионе.

За что убивают на Кавказе духовных лидеров? Да за то же, за что и в Центральной России. За бескомпромиссную борьбу с религиозным экстремизмом. В Дагестане он имеет много разных форм и проявлений. Как, впрочем, и везде. И сегодня уже нет смысла говорить только о ваххабизме, как об основном экстремистском течении: на Северном Кавказе складывается эклектичная радикальная исламистская идеология, которая включает в себя как, например, элементы ваххабизма, так и положений запрещенной в России партии "Хизб ут-Тахрир". А ведь еще несколько лет назад приверженцы этих течений не делали что-то сообща. Теперь они сливаются в единую радикальную эклектичную исламистскую идеологию, попутно включая в себя и другие экстремистские течения.

Но почему на Кавказе, который столетиями исповедовал традиционный ислам, столь стремительно распространяется агрессивная религиозная идеология? Есть несколько факторов.

Советская идеология, почти семьдесят лет формировавшая ситуацию на Северном Кавказе, прекратила своё существование. Кстати, на Кавказе ещё очень сильны пережитки этой идеологии. Многие люди, в основном, старшего поколения, до сих пор называют себя советскими людьми и хотели бы возвращения Советского Союза, по крайней мере, в идеологической сфере. При этом никакой новой идеологии Российское государство до сего дня не сформировало.

Что касается традиции, адата, то традиционное общество в России, в том числе и на Кавказе, переживает кризис. И, что бы там ни говорили, но оно испытывает абсолютно те же проблемы, что и русское общество — девальвация привычных ценностей, духовная деградация, распад общественных и отчасти родственных связей. Этот идеологический вакуум и заполняет радикальный ислам. Его проповедники подают его как панацею от всех проблем. Радикальные идеологи внушают своим сторонникам, что цель джихада, который ведут тот же Имарат Кавказ и другие бандформирования, заключается не просто в построении исламского государства на Кавказе, а в борьбе за счастливое будущее всего человечества. В какой-то мере сегодняшний экстремистский ислам выполняет роль коммунистической идеи начала XX века, дающей своим адептам надличностные глобальные цели, при этом сводит их к неким примитивным, и потому понятным любому даже самому безграмотному крестьянину формулам и рецептам их достижения. Проповедники-радикалы предлагают предельно простые ответы на самые сложные вопросы и такие же предельно простые методы решения всех проблем: во всех бедах виноваты "неверные" и верующие "неправильно", и они должны быть либо обращены, либо уничтожены. Этот примитивизм работает. Такая "простота" решений привлекательна для очень многих людей так же, как в начале XX века были привлекательны коммунистические лозунги.

При этом удивляет одна вещь. Против России уже почти два десятилетия ведется война, исламский террористический интернационал пытается расчленить Россию, вырвать из неё республики и области с мусульманским населением, однако у нас фактически не ведется никакой идеологической войны против экстремисткой исламской идеологии. Часто от выходцев из Средней Азии — узбеков, таджиков приходится слышать: "То, что абсолютно невозможно у нас — у вас абсолютно доступно". В том же Таджикистане в один прекрасный день взяли и вернули домой на нескольких самолётах всех местных студентов зарубежных исламских вузов: власти здесь быстро осознали, какую угрозу несёт культивируемый в исламских университетах Саудовской Аравии, Египта и Турции ваххабизм. Студенты были не только возвращены в один день, но и лишены возможности проповедовать, попали под жёсткий контроль государства. Это выглядит жестоко, но в плане национальной безопасности подобное решение оправдано.

У нас же все наоборот. Сотни студентов из наших исламских республик уезжают в заграничные исламские университеты и центры обучения. И это не просто позволяется, а чуть ли не поощряется. Только сейчас, после громких терактов в Татарстане и осознания того, что экстремизм пришёл уже и в эту республику в самом центре России, местное руководство принято решение проверять каждого возвращающегося с учёбы на предмет соответствия традиционному исламу. Спохватились!

Что это за беспечность? Непонимание властями угрозы религиозно-идеологической экспансии или того, что она угрожает безопасности России? Хотя в Россию, как мы видим, все это уже пришло, причем не вчера и не сегодня, а значительно раньше. Вспомним вторую чеченскую войну и множество терактов, не говоря уже о Беслане и "Норд-Осте". Почему нас это ничему не научило? Почему не учит? Логика говорит о том, что салафитское давление на Россию, если все останется так, как есть, будет только усиливаться.

Но и в России хватает своих экстремистов. То и дело можно услышать лозунги вроде: "Хватит кормить Кавказ". Русская националистическая идеология, вернее, то, что активно навязывается в качестве таковой, базируется на том, что Кавказ нам, дескать, не нужен и лучше просто его взять и отсечь. Мол, мы тратим громадное количество средств из российского бюджета, вкладывая их в Кавказ. При этом наши русские провинции нищие. А выходцы из Кавказа беспредельничают в российских городах.

Но если вспомнить вторую чеченскую войну, то своей территориальной целостностью Россия фактически оказалась обязанной именно дагестанцам. Если бы не дагестанские ополченцы, которые в первые дни боев фактически в одиночку противостояли армии Басаева и Хаттаба, то Россия могла просто потерять Дагестан, а возможно, — и ряд соседних республик.

Тот, кто требует отделить Кавказ, просто безграмотен и не знает, что большая часть кавказцев, подавляющее их большинство — это лояльные граждане России, более того, настоящих патриотов России и государственников здесь в процентном отношении куда больше, чем в той же Москве. И эти люди никуда из России уходить не собираются. Для них оскорбительна сама постановка этого вопроса. Если вообще рассуждать в этом ключе, то из России следовало бы исключить в первую очередь Москву, которая превратилась в безликий бездуховный и бессмысленный мегаполис.

И "кормить" Кавказ не нужно. Бессмысленное закачивание денег ничего не даёт. До тех, кому они действительно нужны, они просто не доходят, оседая в карманах воров и коррупционеров. Необходимо энергично создавать на Кавказе достойные условия для жизни народа, развивать промышленность, предпринимательство, бороться с коррупцией и властью кланов. Тогда и "кормить" никого не придётся.

Но сегодня в Дагестане идут очень опасные процессы. Экстремисты постепенно захватывают позиции в обществе, а своих оппонентов просто убивают. Идёт наступление радикального исламизма. С большой долей условности (реальной социологии на эту тему нет) можно говорить, что сторонниками радикальной идеологии так или иначе являются около трети мусульман, особенно молодежи. Примерно столько же сторонников традиционного ислама, а оставшаяся треть — те, кто предпочитает себя называть светским человеком, не придерживаясь жёстких религиозных рамок.

Но треть сочувствующих экстремистам — это очень много. Конечно, не все эти люди ведут вооруженный "джихад". Есть активное ядро — пехота, люди, которые бегают по лесам с автоматами, и занимаются террором — их несколько сотен, не более того. Есть религиозные лидеры, которые ведут активную салафитскую пропаганду, есть финансовые структуры и подполье, обеспечивающее актив документами, оружием, деньгами. И есть те, кто этому "ядру" сочувствуют, обеспечивают им жизнедеятельность — пособничают. Основа боевого крыла — молодежь, которая подхватывает лозунги "истинной веры", "исламского правления", "исламского халифата", и самый главный — "Справедливость!", которой сегодня так не хватает в Дагестане.

А ведь много лет перед глазами жителей Дагестана стоял пример Ичкерии. Дагестанцы, увидев, что построили вместо "идеального исламского государства" чеченцы в Ичкерии при Масхадове, уже совсем иначе смотрели на Россию. Тогда Чечня превратилась в бандитский анклав, где царили беспредел и анархия. И дагестанцы выбрали Россию. С тех пор прошло много лет, шариатская Ичкерия развеялась как дым, в том числе из людской памяти, а молодое поколение вообще этой памяти лишено. Поэтому оно столь легко откликается на экстремистскую пропаганду.

В этих условиях единственное, что мы можем противопоставить наступлению на Россию — мощный проект развития, в рамках которого не на словах, а на деле начнут решаться проблемы Северного Кавказа. И запускать этот идеологически-государственный проект необходимо как можно быстрее. Время, увы, работает против нас.

Источник: "Завтра"